Сегодня ИИ-ассистент врача умеет три вещи: превратить разговор на приёме в черновик протокола, найти ответ в клинических рекомендациях и внутренних регламентах клиники с указанием документа-источника, собрать бумаги вокруг приёма - направления, справки, выписки по шаблону. Диагноз он не ставит и назначения не выбирает. Осмотр, решение и подпись остаются врачу.
Сразу про развилку, которая в выдаче по этому запросу склеивает два разных продукта. Есть сервисы, где пациент описывает симптомы дома и получает предположение о том, что с ним происходит. Это отдельная история с другой ответственностью, и здесь речь не о ней. Здесь речь про инструмент на рабочем месте врача внутри клиники. Он работает с текстом и документами, до медицинских решений его не допускают.
На что у врача уходит время помимо пациента
Что именно такой инструмент забирает, врачи описывают примерно одинаково.
Набор текста во время приёма. Часть разговора уходит на печатание, и заметнее всего это на длинных протоколах.
Повторяющиеся куски. Половина формулировок переходит от пациента к пациенту почти без изменений, и каждый день они набираются заново.
Дозаполнение после смены. То, что не успели внести при пациенте, дописывается вечером по памяти, когда деталей уже не помнишь.
Поиск в регламентах и рекомендациях. Ответ где-то есть: в клинических рекомендациях, в приказе, в порядке подготовки. Найти его быстрее, чем спросить у заведующего, получается не всегда.
Бумаги вокруг приёма. Направления, справки, выписки, согласия. Каждая по отдельности занимает минуты, но их много и они однотипные.
Дороже всего обходится переключение: выйти из разговора в форму, вспомнить, где лежит нужный пункт, вернуться к пациенту. Сама бумага занимает меньше времени, чем дорога до неё и обратно. Цифр экономии я при этом не называю - ни своих, ни чужих. Замера по документообороту в клинике у меня нет, а проценты из презентаций к вашим шаблонам отношения не имеют. Померить это можно только на своих протоколах, до и после.
Что снимается сегодня
Черновик протокола из диктовки
Речь на приёме распознаётся, и из текста по шаблону клиники складывается черновик протокола. Черновик здесь означает буквально то, что написано: пока врач не поправил текст и не подтвердил его, документ никуда не уходит и в карте не появляется. Это свойство сборки, а не строчка в договоре.
Выигрыш при этом только в наборе и в вечернем дозаполнении. Осмотр длится столько же, а что написано в протоколе, решает врач: он это и диктует.
Поиск по клиническим рекомендациям и внутренним протоколам
Вопрос задаётся обычными словами, в ответ приходит формулировка и рядом с ней документ с точным разделом. Технически это генерация с дополненной выборкой: модель отвечает не по своей памяти, а по найденным фрагментам ваших же документов.
Без источника такой ответ бесполезен. Проверять его дольше, чем найти самому, и через пару недель врачи просто перестают открывать окно поиска. Отдельно настраивается случай, когда подходящего документа нет. Правильное поведение - сказать, что не нашлось. Неправильное - выдать гладкий абзац, похожий на правду.
Данные из направлений и выписок
Данные из принесённых пациентом бумаг переносятся в поля карточки. Модель неплохо угадывает категорию - что перед ней за документ, куда какое поле относится, - и совсем не знает того, что известно только человеку в кабинете. Поэтому перенос устроен как предложение: значения подставляются в форму, а сохраняет их врач.
Бумаги вокруг приёма
Направления, справки и выписки заполняются по шаблону из уже введённых данных. Сюда же уходит всё, что повторяется от пациента к пациенту: стандартные рекомендации по подготовке, типовые формулировки, наборы для частых случаев.
| Задача | Что делает система | Что остаётся врачу | На что смотреть при проверке |
|---|---|---|---|
| Протокол приёма | Распознаёт диктовку и складывает черновик по шаблону клиники | Правка формулировок, содержание, подтверждение и подпись | Врач правит черновик или переписывает заново; сколько времени занимает правка |
| Поиск по рекомендациям и регламентам | Находит фрагмент и показывает документ и раздел, откуда он взят | Решение, применима ли найденная норма к этому пациенту | Есть ли документ-источник в каждом ответе и что система отвечает, когда не нашла |
| Данные из направлений и выписок | Подставляет значения в поля карточки | Сверка с оригиналом и подтверждение переноса | Совпадают ли числа и даты с бумагой на выборке за неделю |
| Бумаги вокруг приёма | Заполняет направления, справки и выписки по шаблону | Проверка содержания и подпись | Не подставились ли данные другого пациента из соседнего шаблона |
Что не снимается и не будет
Осмотр, разговор с пациентом, решение и подпись остаются врачу. Диагноз система не ставит и назначения не выбирает: в проектах, о которых эта страница, такой задачи не ставится вовсе.
Софт, который помогает разбирать КТ, МРТ и рентген, действительно существует. Только это другая индустрия: такие программы регистрируются как медицинские изделия, под ними лежит машинное обучение на размеченных снимках, и приходят они в клинику вместе с оборудованием или медицинской системой. Где между двумя областями граница, разобрано в обзоре про ИИ в клинике. Сам я таких проектов не веду, поэтому дальше про диагностику здесь ничего не будет.
Устроено всё так по простому расчёту. Пока каждый результат проходит через человека, самая дорогая поломка стоит одной отклонённой страницы и минуты времени. Уберите подтверждение из медицинской части, и цена ошибки станет другой, а страховки от неё нет. Как устроен контроль по уровням и когда подтверждение снимают с шагов, где ошибок не осталось, разобрано в материале про человека в контуре. Для клиники там важен один пункт: с медицинской части подтверждение не снимается никогда.
Где ассистент ошибается и как это ловят
Ошибается он предсказуемо, и это хорошая новость: к предсказуемому можно подготовиться.
Языковая модель не держит в голове вчерашний приём, если ей о нём не рассказали отдельно, и охотно подставляет правдоподобное число там, где ничего не нашла. В переписке с клиентом такая выдумка стоит неловкого письма. В медицинском документе она стоит дороже, поэтому числа и дозировки система тянет из источника, а врач сверяет их глазами перед подписью.
Дальше идёт правка. Если черновик приходится переделывать дольше, чем набрать текст заново, инструмент не нужен, каким бы красивым ни было демо. На первой неделе это и есть критерий приёмки: секундомер вместо вопроса «нравится ли».
Отдельная история - распознавание речи. Акценты, термины, несколько голосов в кабинете, шум из коридора. Зато ошибку распознавания видно прямо в тексте, а это лучше ошибки, которую не видно.
| Где ошибается | Как это выглядит | Что снимает риск |
|---|---|---|
| Выдуманное число | В черновике стоит правдоподобная цифра, которой не было ни в диктовке, ни в документе | Числа и дозировки переносятся из источника, а не генерируются; сверка перед подписью |
| Устаревшая или чужая норма | Ответ звучит уверенно, но взят из отменённого приказа или из общих знаний модели | Ответ только с документом-источником и разделом; регулярная чистка базы документов |
| Ошибка распознавания речи | В тексте искажён термин, фамилия или единица измерения | Видно при вычитке черновика; проверка на своих записях и терминах до запуска |
| Потерянный контекст | Система не связывает сегодняшний приём с предыдущим и предлагает данные не того случая | Явная привязка к карточке пациента вместо памяти модели; проверка, что подставилось, на выборке за неделю |
Голос пациента - это персональные данные
Запись приёма и её расшифровка попадают в самую защищённую категорию: данные о здоровье, поверх которых лежит врачебная тайна. Оператором остаётся клиника, и вместе с проектом эта ответственность к подрядчику не переезжает.
До старта клиника отвечает себе на несколько вопросов. Что вообще покидает её контур, а что обрабатывается внутри. Где физически считается модель. Кто имеет доступ к записям, где они лежат и сколько хранятся. Порядок фиксируется вместе с юристом клиники и до начала работ, а не по ходу дела.
Разбор требований целиком, включая согласия и договор с подрядчиком, лежит в материале про требования к персональным данным.
Откуда это берётся у врача на столе
Такой виртуальный ассистент покупает не врач, а клиника. Нужен доступ к шаблонам и к медицинской системе, нужен человек, отвечающий за данные, и нужен месяц работы с подтверждением, чтобы понять, что получилось.
Порядок действий, сроки и деньги разобраны отдельно: с чего начинается внедрение ИИ в клинику и что считать результатом на выходе. Здесь их нет намеренно. Тот разговор ведётся на уровне клиники, эта страница - про кабинет.
Частые вопросы
Чем это отличается от диктофона с расшифровкой?
Расшифровка отдаёт сырой текст, который потом всё равно надо разложить по разделам протокола. Здесь из этого текста складывается черновик по шаблону клиники, а часть данных уходит в поля карточки. Правка и подпись остаются врачу в обоих случаях, разница только в том, с чего он начинает: с потока речи или с готовой структуры.
Сколько времени это экономит на приёме?
Честный ответ - не знаю, и никто не знает до замера на ваших протоколах. Экономия идёт на наборе текста и на дозаполнении карт после смены, осмотр от этого короче не становится. Единственный способ получить свою цифру: замерить время на оформление до запуска и через месяц после, на одном и том же типе приёма. Чужие проценты из презентаций к вашим шаблонам отношения не имеют.
Может ли ассистент подсказать диагноз или назначение?
В проектах, о которых эта страница, - нет, и такой задачи не ставится. Система работает с текстом и документами: черновик, поиск по регламентам, перенос данных. Программы, помогающие врачу разбирать снимки, существуют, но это отдельная индустрия с регистрацией медицинских изделий, и решение в ней всё равно принимает врач.
Что будет, если он ошибётся в числе или дозировке?
Числа и дозировки не сочиняются, а переносятся из источника, и врач сверяет их перед подписью. При таком дизайне худший случай - отклонённый черновик и потерянная минута. Именно поэтому подтверждение стоит на каждом документе и не снимается, сколько бы месяцев система ни отработала без промахов.
Что делать с записью голоса пациента?
Голос пациента - персональные данные, и порядок работы с записью определяет клиника вместе со своим юристом. Решить это нужно до старта: что уходит из контура, где считается модель, кто имеет доступ к записям и как долго они хранятся. Технически объём отправляемых данных можно сознательно урезать, и это первое, что стоит обсудить.
Заработает ли это с нашей медицинской системой?
Зависит от того, что система отдаёт наружу и что позволяет записывать обратно. Проверяется это до договора: берём один документ и смотрим, можно ли получить нужные поля и вернуть готовый черновик. Часть работы при этом делается рядом с системой, а не внутри неё, и в таком виде она заводится почти везде.
Что дальше
Если хочется понять, что из этого применимо в вашей клинике и с чего начинать, разберём на бесплатном звонке за тридцать минут: смотрим, как устроено оформление сейчас, и я говорю, где инструмент даст результат, а где не нужен. Когда процессов сразу несколько и нужна стыковка с медицинской системой, это внедрение под ключ, и планировать его стоит после первого работающего куска.
Написать можно в Telegram или на почту hi@za-ai.ru.